Приветствую Вас Гость | RSS

Век млекопитающих - Age of Mammals

Суббота, 24.06.2017, 13:28
в оглавление

назад

Запасание корма

Резкие сезонные изменения качества и доступности корма, колебания урожайности семян и мякотных плодов, правильное чередование обильных пищей и голодных сезонов обусловили возникновение и развитие у млекопитающих способности собирать и сохранять впрок запасы корма. Данная приспособительная черта, сравнимая с запасанием пищи общественными насекомыми, отсутствует у представителей низших классов позвоночных (рыб, амфибий, рептилий), хорошо выражена у некоторых, филогенетически молодых и прогрессивных групп птиц (воробьиные, дятлы, совы) и весьма характерна для большого числа млекопитающих — многих грызунов, отчасти хищных, насекомоядных и др. У разных зверей наблюдается различная степень совершенства запасания и его значения для переживания малокормного периода.

Естественно, что виды, способные к длительной полной спячке или далеким миграциям, не нуждаются в собирании кормовых запасов. Например, совершенно не запасают пищу классические кочевники-номады: рукокрылые, ластоногие, китообразные, копытные. Наоборот, эта черта поведения в наиболее ярко выраженной форме характерна для видов, относительно оседлых и деятельных в течение всего года. Однако и часть видов, совершающих непериодические миграции и местные перекочевки, а именно те, у которых нет широкого разрыва между участками летовки и зимовки, при случае собирают запасы даже во время самих кочевок. В частности, так поступает песец (Alopex lagopus). Мигрирующая белка (Sciurus vulgaris) осенью, находясь в пути, продолжает развешивать на ветвях грибы, которыми сама она не сможет воспользоваться, но грибы достанутся белкам, кочующим позднее или оставшимся зимовать на месте. Таким образом, с точки зрения интересов сохранения вида и такое запасание корма целесообразно.

В тех частях земного шара, где нет резкой смены сезонов, например, во влажных областях тропической и экваториальной зоны, лесная растительность которых всегда имеет свежую листву, а зрелые плоды встречаются в течение всего года, не было и нет экологических предпосылок для развития способности животных создавать большие, долговременные запасы корма. Действительно, некоторые обезьяны, собирающие плоды на деревьях, насытившись, прячут небольшое количество пищи за щеки и уносят ее, чтобы использовать позднее. Однако такие акты пищедобывательной деятельности трудно считать за подлинное проявление хорошо развитой способности к собиранию запасов. В тех же тропических областях, где чередуются резко выраженные сухие и дождливые сезоны, например в саваннах Африки, некоторые млекопитающие собирают большие запасы корма перед наступлением сухого, зимнего периода.


    Обыкновенный крот (Talpa europaea) запасает земляных червей.
Таким образом, влияние географической среды на распространение этой приспособительной черты поведения среди млекопитающих различных фаун совершенно очевидно. Число видов и особей млекопитающих, которые собирают запасы, особенно велико в континентальных областях степей и пустынь с их резкими сменами жаркого лета и длительной очень холодной зимы, а также в области листопадных и хвойных лесов умеренного и холодного поясов. Так, из 40 видов млекопитающих, зарегистрированных в тайге верхнего течения реки Печоры, более половины (21 вид) в той или иной форме запасают корм. В полупустынях Центрального Казахстана таких видов 29. В зоне тундр виды мелких зверьков, собирающих запасы корма, предназначенные для длительного использования зимой, немногочисленны, но составляют большой процент в фауне: это полевки узкочерепная (Microtus gregalis), Миддендорфа (Microtus middendorffi), экономка (Microtus oeconomus), а также северная пищуха (Ochotona hyperborea) — формы не аборигенные, а пришлые с юга. Характерные и массовые тундровые грызуны — пеструшки, или лемминги (Lemmini), запасов не собирают и довольствуются в течение всей продолжительной полярной зимы зеленым и веточным кормом, который с осени на корню законсервирован холодом.

В зачаточной форме запасание пищи свойственно насекомоядным — группе в общем примитивной. Небольшие запасы беспозвоночных на участке своего обитания собирает короткохвостая землеройка (Blarina brevicauda), водных беспозвоночных запасает выхухоль (Desmana moschatus). Существует интересный прием, с помощью которого выхухоль поедает крупных, обладающих очень прочными, плотно замыкающимися раковинами двустворчатых моллюсков (перловиц и беззубок). Затащив несколько живых моллюсков в надводную часть своей норы, зверек оставляет их здесь до тех пор, пока ослабевшие животные не приоткроют створки своих раковин. Легко расправившись с таким моллюском, выхухоль выбрасывает пустые створки наружу (таково происхождение скоплений пустых неповрежденных створок моллюсков, часто находимых у отверстий выхухолевых нор). Несомненно, описанный прием возник у выхухолей на почве запасания кормов.


    Размещение кладовых росомах (Gulo gulo) на двух участках в заповеднике «Столбы» (из Туманова и Кожечкина, 2012): 1 — тропы росомахи, 2 — место гибели жертвы, 3 — кладовые, 4 — лежки хищника, 5 — остатки шкуры оленя, 6 — кости копытного.
Установлено, что в некоторых участках ареала крот (Talpa europaea) запасает впрок дождевых червей: находили до 1000 их экземпляров, собранных в один из ходов своей норы. По сделанным в Польше наблюдениям, основной период собирания запасов кротами — осень, а внешним сигналом служит начало понижения температуры почвы. Чаще встречаются запасы из 100-300 червей, расположенные на дне ходов вблизи гнездовой камеры норы. Все черви имеют повреждения от укусов на головном отделе; они остаются живыми, но лишаются способности передвигаться. По материалам исследований, содержавшиеся в неволе кроты в любые месяцы закапывали излишек червей, тоже предварительно иммобилизовав их укусами.

Многие хищники при успешной охоте избыток добычи прячут в укромных местах с тем, чтобы использовать позднее. Например, леопард (Panthera pardus) в Африке, съев внутренности и конечности своей жертвы, нередко затаскивает тушу на дерево и пристраивают на разветвленном суку, так как оставленную на земле ее быстро уничтожают гиены и шакалы. Лесная куница (Martes martes), поймав зайца-беляка или глухаря, прячет отдельные куски добычи под колоды, камни, иногда затаскивает на деревья и помещает на ветвях у ствола. Росомаха (Gulo gulo), убившая зимой северного оленя или лося, умело разделывает тушу на части, уносит их под упавшие деревья, в бурелом, закапывает в снег и живет близ такого склада, пока полностью не использует добычу. Так же поступает и лисица (Vulpes vulpes) при удачной охоте на зайца: в северных районах в зимнее время она закапывает добычу по частям в снег, тщательно уминая его поверхность над запасами, а летом засыпает нетронутую тушку слоем земли; в песчаных пустынях лисица зарывает добычу в песок или закапывает в пустующие норы грызунов. Бурый медведь (Ursus arctos) крупную добычу не разделывает на куски, а, оттащив в укромное место, заваливает ветвями, мхом и постепенно использует, временами даже охраняя от назойливых нахлебников. В перечисленных случаях все запасы укрываются так, чтобы не привлекать внимания грифов, воронов, ворон, сорок, соек и т. д.; они нередко следят за крупными хищниками, растаскивают часть их добычи и своим криком привлекают более опасных четвероногих конкурентов.



    Леопард (Panthera pardus) с остатками добытой антилопы на дереве.
Некоторые куницы заготовляют относительно большие запасы, которые у ласки (Mustela nivalis) и горностая (Mustela ermineа) иногда содержат до 20-40 полевок и мышей, собранные в одном месте, у лесного хорька (Mustela putorius) — многие десятки лягушек и ужей, у европейской норки (Mustela lutreola) — 2-5 кг, а у американской (Neovison vison) — до 20 кг мелкой рыбы и т. д. Эти запасы хорошо укрыты от большинства возможных конкурентов и, кроме того, расположены в полостях ниже уровня почвы и под защитой высокого слоя снега, где они не могут промерзнуть и затвердеть так сильно, как оставленные на поверхности (ласка и горностай, имеющие мелкие зубы, с трудом грызут промерзшее мясо).

Но у всех хищников наиболее ценный для них корм (если он сложен про запас не в холодное время года и не у слоя вечной мерзлоты) не может долго сохраняться. Исключение составляют только яйца птиц, которые куница (Martes martes), хорек (Mustela putorius) и колонок (Mustela sibirica), спрятав в начале лета в прохладные, затененные укрытия, нередко используют уже зимой, что установлено изучением следов зверьков и анализом содержимого желудков. Характерные особенности собирания запасов хищниками следующие: они устраивают их не в специально приготовленных хранилищах, а в любом месте на своем большом охотничьем участке, где удается добыть количество корма больше суточной потребности. Обычно запасы собирает и использует только одна особь; в целом они служат лишь малым подспорьем для переживания малокормного периода. 


    Гриб, наколотый на сучок обыкновенной белкой (Sciurus vulgaris).
Группа реакций, связанных с запасанием кормов, в более совершенной форме проявляется у грызунов, живущих поодиночке или парами в течение всего неблагоприятного периода года, но концентрирующих запасы в ближайших, лишь для них доступных окрестностях постоянной норы или гнезда и, наконец, непосредственно в самой норе. Летяга (Pteromys volans) поздней осенью запасает и складывает в нескольких дуплах по 30-40 г тонких побегов березы и ольхи с сережками (мужскими соцветиями), служащих ей основным кормом зимой. Казалось бы, это не дает зверьку никаких преимуществ, так как сережки на деревьях для него вполне доступны всю зиму. В действительности дело обстоит сложнее. В течение всего холодного периода года сережки истребляются рябчиками, живущими в тех же биотопах, где и летяга; запасание этого корма в дуплах устраняет их конкуренцию. Кроме того, сильные морозы, ветер, появление ожеледи на ветвях затрудняют кормежку летяги на деревьях; наличие кладовых дает ей возможность при неблагоприятных условиях погоды кормиться, запасами в хорошо защищающем ее дупле.

Белка (Sciurus vulgaris) уже с середины лета, когда начнут созревать семена хвойных деревьев, орехи и желуди, перемещается в насаждения, наиболее богатые этим осенне-зимним кормом. Совершенно созревшие семена кедра и желуди каждый осевший на месте зверек во множестве прячет в опавшие листья, лишайники и мох, небольшие дупла по всему кормовому участку, окружающему гнездо. При недостаточном урожае этих кормов и обилии грибов белки в августе - октябре развешивают их плодовые тела по ветвям на высоте 1,5-5 м от земли. Эти грибы хорошо провяливаются и сохраняются, находясь выше наибольшего уровня снега, т. е. легко доступны для белки зимой, но мало доступны для большинства ее конкурентов. В темнохвойных лесах тайги белка запасает от нескольких десятков до 150-300 грибов. В ленточных борах Западной Сибири, где семенной корм дает только сосна и кормовые условия значительно хуже, чем в тайге, белки местной географической расы — телеутки (Sciurus vulgaris exalbidus) собирают на зиму каждая от 1500 до 2000 грибов, преимущественно маслят. На Кольском полуострове запасания грибов, по-видимому, совсем не бывает. Это один из примеров того, как в соответствии с местными географическими условиями у животных одного вида, но живущих в разных частях ареала, инстинкт запасания корма проявляется то сильнее, то слабее и может совсем не влиять на характер пищедобывательной деятельности там, где по природным условиям в этом нет необходимости.


    Часть большого запаса грибов обыкновенной белки (Sciurus vulgaris). Осенние опенки развешаны зверьком по ветвям молодых елок у ствола на высоте, превышающей мощность снежного покрова, в густом насаждении, где ветер не может сбросить грибы на землю. (По Барабаш-Никифорову и Формозову, 1963.)
Полевка-экономка (Microtus oeconomus) была так названа в связи с тем, что собирает большие запасы корневищ и клубней (до 10-15 кг и более на одну семью небольших зверьков). Для хранения запасов экономки еще осенью, пока земля не промерзла, выкапывают большие камеры — расширения ходов норы по соседству с гнездом. Эти запасы играют существенную роль в жизни экономок Камчатки и Восточной Сибири, где почва сильно промерзает, что лишает зверьков возможности выкапывать корневища в течение всей длинной и очень морозной зимы. По мере движения к западу, соответственно уменьшению континентальности климата и суровости зим, размеры запасов, собираемых полевками-экономками местных популяций, становятся все меньше. В Костромской области большинство экономок еще выкапывают специальные кладовые, а в Московской области и тем более на западной границе ареала, где зима менее продолжительная и относительно очень мягкая, только ничтожный процент этих зверьков и далеко не ежегодно собирает небольшие запасы корма.

То же самое наблюдается и у водяной полевки (Arvicola terrestris). На западе Европейской части России у этого полуводного грызуна запасы корма на зиму встречаются редко и не всегда; по массе они не превышают нескольких сот граммов, тогда как на северо-востоке ареала — в Якутии, вес запасов достигает 25-30 кг. У обыкновенной полевки (Microtus arvalis), населяющей Европейскую часть России, запасы корма (корневища, клубни, зерно хлебных злаков) невелики (не более нескольких сот граммов), встречаются не ежегодно и обычно только в ничтожном проценте обитаемых нор. Узкочерепная полевка (Microtus gregalis), принадлежащая к той же биологической группе, но населяющая север Азиатского материка, нередко собирает очень большие запасы (до нескольких килограммов) корневищ, клубней, зерна хлебных злаков.


    Зимовочная нора полевки Брандта (Microtus brandti) с обширными камерами для запасов. Вверху — план, внизу — разрез. (По Барабаш-Никифорову и Формозову, 1963.)
Обитатель континентальных степей Северной Монголии и Забайкалья — полевка Брандта (Microtus brandti) с августа начинает прочищать старые подземные камеры и роет новые помещения для запасов. В первых числах сентября в каждой зимовочной колонии собираются группы из 10-20 зверьков и сообща в течение 2,5 месяцев запасают корм. Они или срезают кусочки побегов полыни или целиком выкапывают узколистную осоку, лапчатку, некоторые злаки и т. п. Плотно уложенные растения заполняют все камеры-кладовые; вес запасов достигает 10 кг и более. Крайне малоснежная, морозная с сильными ветрами зима континентальных высоких степей по своим условиям очень неблагоприятна для жизнедеятельности мелких зверьков. С наступлением холодов полевки Брандта забивают ходы в нору и в продолжение 2-2,5 месяцев не показываются на поверхности земли, питаясь только собранными запасами. В ясные дни конца января и в феврале они начинают изредка выходить греться на солнце и только с половины марта переходят к весеннему образу жизни, для которого характерны большая продолжительность пребывания на поверхности почвы и поиски свежего корма. Предпочитаемой пищей в период с февраля до появления свежей зелени являются луковицы двух видов луков, которые зверьки усиленно выкапывают и с жадностью поедают, хотя в кладовых еще имеются запасы корма. Возникла мысль, что после зимовки полевки остро нуждаются в полноценном витаминозном корме. Анализ нескольких образцов, взятых из запасов, это подтвердил — в сухом корме полностью отсутствовал витамин С.

Групповая, или общественная, заготовка и использование зимних запасов вообще свойственна грызунам и пищухам (Ochotona), зимующим семьями или сезонными группами. Некоторые из них заготовляют сено из вегетативных частей растений — побегов, стеблей и листьев, укрывая их в специальных камерах нор, нишах и естественных ходах под защитой скал (снеговая полевка (Chionomys nivalis), алтайская пищуха (Ochotona alpina) и др.) или оставляет на поверхности в виде стожков (даурская пищуха (Ochotona dauurica)). Большая песчанка (Rhombomys opimus), живущая в пустынях Средней Азии, в начале лета срезает траву и затаскивает ее в норы или складывает на поверхности в виде стожков. Корм этот используется во второй половине лета, осенью и зимой. Величина запасов у данного вида измеряется многими килограммами. Степные виды пищух стаскивают высушенную траву в стожки высотой 35-45 см и диаметром у основания 40-50 см. В лесных областях и в тундре пищухи стожков не делают, а прячут запасенное сено в трещины между камнями или под плиты камней. Иногда, кроме травы, они запасают мелкие ветки березы, осины, малины, черники и др.
 

    Американская пищуха (Ochotona princeps) с пучком травы.
Заслуживает внимания тот факт, что запасание сена характерно или для обитателей скалистых биотопов, где его запасы можно легко уберечь от намокания, используя защиту каменных плит, или для видов, свойственных степям и пустыням с континентальным климатом и большой сухостью воздуха, благоприятной для длительного хранения сухого корма. Многие виды зверьков подсушивают запасаемые растения, раскладывая их на короткий срок на камнях или оголенной земле, а затем уносят в кладовые. Из практики сельского хозяйства известно, что длительная сушка травы на ярком солнце вызывает снижение количества каротина в заготовленном сене, т. е. ухудшает его биологическую ценность как корма. Многие грызуны, например скальные полевки (Alticola) и большая песчанка (Rhombomys opimus) подсушивают сено в утренние часы еще при слабой инсоляции или вечером. На хранение оно убирается лишь слегка подсушенным, что дает возможность создания запасов достаточно полноценного корма (многие образцы сена из запасов скальных полевок, пищух и песчанок долго сохраняют зеленоватый цвет и приятный аромат). Конечно, это обусловлено не сознательно направленными действиями зверьков. Летом сильная полуденная жара и резкая инсоляция угнетают деятельность даже дневных зверьков, поэтому они наиболее активны в утренние и вечерние часы, что, независимо от их воли, автоматически обеспечивает наилучшие условия для заготовки сена. Зверьки, живущие в скалах, прикрывают собранное сено мелкими камешками, — это предохраняет запасы от раздувания ветром и расхищения сибирскими козерогами, косулями и др. Кучки мелких камней примерно одного размера всегда лежат наготове около нор скальных полевок, монгольской пищухи (Ochotona pallasi) и др.
 

    Стожок, сложенный американской пищухой (Ochotona princeps).
Семена и плоды с плотными оболочками использует для сезонных запасов гораздо большее число видов млекопитающих, чем сено и высушенные клубни, и в условиях самых различных ландшафтов (исключение составляет лишь арктическая зона и зона тундр, где семенная продукция растительности ничтожно мала). Обыкновенный хомяк (Cricetus cricetus), серый (Cricetulus migratorius) и барабинский (Cricetulus barabensis) хомячки, европейская лесная (Apodemus sylvaticus) и желтогорлая (Apodemus flavicollis) мыши, азиатский бурундук (Eutamias sibiricus) и некоторые другие виды собирают запасы семян в одиночку или парой и упорно их охраняют; полуденная (Meriones meridianus), когтистая (Meriones unguiculatus), краснохвостая (Meriones libycus) песчанки, курганчиковая мышь (Mus spicilegus) зимуют семьями и, видимо, иногда образуют группы даже из неродственных особей. Они собирают общественные запасы семян, которые запихиваются под камни или размещаются в специальных камерах нор.

Лесные и полевые мыши (Apodemus) собирают зерна злаков, сорняков, орехи, желуди, семена клена, реже насекомых. Запасы складываются в камерах нор, в дуплах лежащих деревьев, под корнями. Величина запасов лесных мышей достигает 3-4 кг. Для хранения собранных зерен культурных злаков и сорняков семья курганчиковых мышей (Mus spicilegus) сооружает из земли холмики-курганчики высотой 10-80 см при диаметре у основания в 50-200 см. Внутри курганчиков устраивается сложная система ходов и камер, в которых мыши складывают свои запасы. Обычно в курганчике бывает 5-7 кг корма, но известны случаи нахождения 15-16 кг зерна. Мыши собирают запасы в августе - октябре, и обычно полный запас они успевают сделать за 20-25 дней. Запасенные корма используются осенью, зимой и ранней весной.

Среди потребителей корневищ и луковиц, собираемых в зимние «погреба», тоже есть виды, живущие и поодиночке (цокоры (Myospalax), слепыши (Spalax, Nannospalax), слепушонки (Ellobius)) и семьями (полевка-экономка (Microtus oeconomus) и др.). У алтайского цокора (Myospalax myospalax) в норах находили до 10 кг корнеплодов, луковиц, корней. У слепыша (Spalax microphthalmus) однажды в 5 камерах одной норы было найдено 4911 кусочков кореньев дуба массой 8,1 кг, 280 желудей массой 1,7 кг, 179 картофелин массой 3,6 кг, 51 клубень степного горошка массой 0,6 кг — всего 14 кг. Полевки-экономки (Microtus oeconomus) собирают в кладовые своих нор зерна злаков, реже других трав и деревьев, лишайники, сухую траву, корешки. Величина запасов у этого вида значительна и может достигать 10 кг и более. У других полевок способность делать запасы развита слабее.

У бобров (Castor) пары и семьи более постоянны, чем у большинства грызунов, так как их молодые свыше года остаются при родителях. В областях с длительной и холодной зимой, где лед рек и глубокий снежный покров крайне затрудняют бобрам добывание веточного корма и поиски укрытий при появлении опасности, они заготовляют кормовые запасы. К их заготовке бобры приступают после первых ночных похолоданий, которые, видимо, служат внешним, сигналом, вызывающим эту специфическую реакцию. Животные подгрызают и валят ивы, осины, тополя, реже березы, дубы, лещины и некоторые другие породы, разделяют толстые ветви на довольно большие куски и по воде доставляют их к зимовочной норе или хатке. Здесь ветви погружают в воду близ берега, но на достаточно глубоком месте и укрепляют, зарывая толстые концы в дно. Из травянистых растений в зимние запасы бобры в небольшом количестве кладут крупные корневища кувшинок, кубышек, ириса, тростника и т. д. Гораздо реже собранная растительность складывается вне воды. Каждую ночь в течение всей осени все члены семьи заняты заготовкой, поэтому у больших семей зимние запасы оказываются соответственно большими, чем у бездетных пар или одиночек (по количеству и величине стволов, срубленных за осень бобрами каждого поселения, можно с известной долей вероятности судить о величине семей этих очень скрытных животных).
 

    Схематический разрез через зимовочную хатку канадских бобров (Castor canadensis) и водоем, образовавшийся у их плотины. Зимний запас ветвей расположен в глубокой части бобрового пруда, подо льдом. Один зверек отгрызает под водой ветку, второй плывет с кормом к жилой части хатки, третий грызет кору, сидя в жилой камере. Изолированные от внешнего мира сводом хатки и льдом бобры могут длительное время жить за счет запасов веточного корма, собранных осенью. (По Барабаш-Никифорову и Формозову, 1963.)
Полный запас зимнего корма большой семьи бобров нередко содержит до 25-30 куб. м ветвей, стволов и корневищ. Верхние ветви такой кучи вмерзают в лед, нижние лежат на дне. Проголодавшийся бобр ныряет подо льдом к запасам, отгрызает кусок ветви и возвращается с ним в свое жилье. Тонкие побеги эти грызуны съедают целиком с почками, корой и древесиной, с толстых ветвей обгладывают кору. В холодной воде веточный корм несколько месяцев сохраняет свои пищевые достоинства; бобры, имеющие запасы, проводят время в достаточно теплой камере хатки или норы и совсем не подвергаются опасностям, грозящим неуклюжему тяжелому зверю при появлении в мороз на глубоком рыхлом снегу. Очищенные от коры сучья или выбрасываются в воду, или используются для укрепления стенок и кровли хаток. Необычно высокие осенние паводки, затопляющие жилища бобров, мешают заготовке корма и могут сильно ухудшить условия зимовки. Так случилось, например, на реке Березине (Беларусь) в 1952 г.; лишенные запасов бобры были зимою сильно истощены, часть их погибла.

Некоторые виды, проводящие всю зиму в убежищах, но не впадающие в полную спячку собирают запасы семян, поскольку нередко пробуждаются от зимнего сна и кормятся ими. Таковы бурундук (Eutamias sibiricus), хомяк (Cricetus cricetus) и длиннохвостый суслик (Urocitellus undulatus) (другие суслики запасов не делают). Кладовые этих грызунов располагаются обязательно в норе, рядом с зимовочной камерой. Например, бурундук подобным образом запасает кедровые орехи, семена злаков и бобовых, общей массой в 3-8 кг. Весенний выход зверьков из нор происходит настолько рано, что они не могут найти достаточного количества полноценных кормов, еще скрытых под плотным снегом. Сохранившиеся с осени запасы кладовых играют большую роль в жизни бурундука и, видимо, длиннохвостого суслика именно в этот ранневесенний период, когда у них происходит спаривание.


    Зимовочная нора азиатского бурундука (Eutamias sibiricus) в стволе дерева с запасами корма (по Наумову, 1965).
Сам по себе процесс запасания корма, за которым в течение суток приходится десятки раз удаляться от норы или гнезда, увеличивает для зверьков опасность гибели от хищников. Повышение смертности от нападений хищников, главным образом пернатых, среди особей, занятых поисками и переноской корма, было отмечено у бурундука (Eutamias sibiricus), узкочерепной полевки (Microtus gregalis), полевки-экономки (Microtus oeconomus), серого хомячка (Cricetulus migratorius) и ряда других видов (в погадках сов вместе с костями хомячков часто встречаются целые порции зерна хлебных злаков, семян бобовых и т. п. из защечных мешков этих зверьков). Однако сам период заготовки кормов, как правило, значительно короче, чем время, в течение которого использование запасов дает животным возможность избегать неблагоприятной погоды, голода и нападений пернатых хищников.

Таким образом, положительное значение данной адаптивной черты поведения несомненно. Это подтверждается и существованием у видов, запасающих мелкие семена, специального морфологического приспособления для их переноски — пары объемистых защечных мешков: они имеются у бурундуков (Tamias), некоторых сусликов (Spermophilus), многих хомяков (Cricetinae), а также у мешотчатых крыс, или гоферов (Geomyidae), и кенгуровых крыс (Heteromyidae) (птицы, в большом количестве запасающие семена, например кедровки, тоже имеют специальное вместилище для их переноски — объемистый подъязычный мешок). У одних видов щечные мешки открываются наружу и представляют карманообразные выпячивания кожи, внутри покрытые шерстью (гоферы, кенгуровые крысы). У других они лишены шерсти и открываются внутрь ротовой полости (бурундуки, суслики, хомяки). Особенно объемисты щечные мешки у хомяков — задний конец их тянется за лопатки и прикреплен особой мышцей к области крестца. Эволюция мешков шла в связи с естественным отбором особей, лучше приспособленных к собиранию и доставке в нору запасов семян.
 

    Один из видов североамериканских роющих грызунов гоферов (Geomyidae). Прокладывание ходов производится сильными острыми когтями передних ног и резцами. Щечные мешки служат для переноса запасов корма в подземные кладовые. (По Барабаш-Никифорову и Формозову, 1963.)
Кроме запасов обычной пищи, у белки (Sciurus vulgaris) установлено затаскивание на ветви выветрившихся костей, т. е. заготовка впрок минеральной подкормки.

Чтобы оценить биологическое значение запасания кормов в борьбе за существование представителей того или другого вида, нужно прежде всего знать, какое количество суточных норм пищи («пайков») они успевают сосредоточить и укрыть у своего жилья до начала наступления неблагоприятного периода. Подсчеты показывают, что азиатский бурундук (Eutamias sibiricus), запасающий от 1,5 до 6 кг семян (редко больше), имеет в норе от 100 до 400 суточных пайков, если зимует в одиночку. Однако в зимовочной норе нередко находят пару (самца и самку); в таком случае продолжительность периода, обеспеченного запасами, окажется в два раза меньшей. В действительности запасов и паре обычно хватает даже на весну, так как зверьки, находящиеся в состоянии зимнего сна, пробуждаются и кормятся редко. Европейская норка (Mustela lutreola) иногда хранит в укромных местах до 5 кг рыбы, что составляет не менее 50 суточных норм. При наличии таких запасов и сильном ожирении с осени норка по нескольку недель не выходит на поверхность снега и, естественно, реже подвергается опасности.

Нередко запасы даже мелких зверьков бывают столь велики, что часть их остается на следующее лето. Так, например, однажды в Беловежской пуще тяжестью огромного запаса желудей, собранных желтогорлыми мышами (Apodemus flavicollis) (возможно, за ряд лет), была выломлена подгнившая стенка дупла и 47 кг желудей высыпались на землю. Конечно, пара мышей не могла бы уничтожить этот запас даже и за более продолжительную зиму, чем в Беларуси. Но нередко случается и так, что собранные запасы расхищают другие, более сильные млекопитающие. Кабан (Sus scrofa) в пограничных районах Сибири и Монголии в течение осенних месяцев тщательно разыскивеют кладовые узкочерепных полевок и поедают запасы корневищ живородящей гречишки, бурый медведь (Ursus arctos) осенью и весной разрушает норы бурундуков, добывая собранные ими кедровые семена; северный олень (Rangifer tarandus) на болотистых тундрах севера Сибири с большой жадностью поедает сочные ростки осоки, собранные в кладовых полевками Миддендорфа. Большие запасы привлекают крупных расхитителей; мелкие подсобные запасы и остатки пищи, укрытые в различных местах охотничьего участка норки (Mustela lutreola), куницы (Martes martes) или лисицы (Vulpes vulpes), истребляет целый ряд врагов и конкурентов этих животных. Таких примеров много.

В течение столетий у аборигенных народов Восточной Сибири, Камчатки, Забайкалья и Северной Монголии бытовал обычай осенней заготовки на еду корневищ и луковиц, выкопанных из кладовых полевок. Установлено, что плоды лещины, кедра, дуба, липы в кладовых бурундука, желтогорлых и лесных мышей отличаются исключительно высокими качествами — грызуны отбирают их, пользуясь своим тонким чутьем. Лесоводы Прибалтики и Украины уже давно используют запасы плодов липы, взятые из кладовых желтогорлых мышей, — этот семенной материал отличается лучшей всхожестью, чем собранный обычным способом, кроме того, и заготовка обходится дешевле (в одной норе их иногда находят до 30 кг). Заготовка лесных семян, изъятых из кладовых грызунов, практикуется и в США. Растаскивание и укрывание грызунами орехов и других плодов приводит к расселению древесных пород, к обсеменению вырубок и гарей, хотя в этом отношении деятельность птиц (ореховка, сойка) оказывается гораздо более эффективной. С другой стороны, выяснено, что ряд видов амбарных клещей, очень опасных вредителей зерна и мучных продуктов в наших хранилищах, по своему происхождению — обитатели нор грызунов, пользующиеся их запасами семян и т. п.

вперед

в оглавление